Выпускница биологического ф-та МГУ (каф. геоботаники), кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов Российской Академии наук. Когда я проходила ботанику в школе, то совсем ею не интересовалась, но содержание учебника было легко запомнить, и я запомнила.
Выпускница биологического ф-та МГУ (каф. геоботаники), кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов Российской Академии наук (г. Москва). Тематика научной работы — изучение растительности (в основном, лесов), структуры и динамики популяций растений. Научные интересы связаны преимущественно с этим (экология растений, физиология растений, биогеохимия, ботаника, географические науки — геоморфология, гидрология, палеогеография). Из других областей интересны (хотя и не читаю специальную литературу) молекулярная и клеточная биология, поведение... В экспедиции езжу ежегодно, это — основа моей специальности, источник анализируемых данных. Работать приходилось, в основном, в Европейской части России, в разных областях лесного пояса — Тульской, Калужской, Брянской, Московской, Костромской, Нижегородской, Архангельской, в республике Марий Эл. В конференциях, как всякий научный работник, принимаю посильное участие — примерно по одной в год (все — в нашей стране, на зарубежные пока денег нет). Публикаций сейчас около 20; самая лучшая — глава 9 «Пойменная растительность лесного пояса» в 2-томнике «Восточноевропейские леса» (Москва: Наука, 2004; если кому интересно — этот 2-томник в pdf-формате по главам подвешен по адресу www.velesa2004.narod.ru). Когда я проходила ботанику в школе, то совсем ею не интересовалась, но содержание учебника было легко запомнить, и я запомнила. Потом перешла в другую школу (всё это было в Москве), где оказалась очень хорошая учительница биологии — В.Е. Зайцева. Под ее влиянием я стала интересоваться этим предметом; считала, что самое интересное — это биохимия. По совету учителя ходила на школьную биологическую олимпиаду в МГУ. В 8-м классе (по старой системе) сразу несколько человек из нашего класса, в том числе и я, записались в кружок биохимии в Московском городском дворце пионеров, честно отходили целый год, хотя к занятиям относились не очень серьезно — больше просто тусовались; но, как потом оказалось, из этого тоже что-то запомнилось. В том же учебном году на олимпиаде в МГУ мне случилось пройти на второй тур, поэтому меня пригласили поступать в биологический класс школы ? 520 г. Москвы, которым руководила Г.А. Соколова. Я прошла вступительные собеседования, меня зачислили, и до конца школы я училась там. Класс возили летом на полевые практики по ботанике и зоологии; из того, чему учили на практике, у меня лучше всего стало получаться определять растения, я этим увлеклась и начала учить флору. Уже после окончания школы удалось добыть себе определитель растений, и я стала заниматься этим чаще. Вообще же, биологических спецкурсов в 520-й школе было много; их вели сотрудники или студенты биофака МГУ, сотрудники других научных институтов. Из тех спецкурсов мне лучше всего запомнились две зоологии (позвоночных и беспозвоночных), биохимия, физиология растений; в основе лекций были соответствующие университетские курсы (хотя, конечно, сокращенные), и свои базовые знания в этих областях я получила именно тогда. В биологической олимпиаде МГУ я еще несколько раз участвовала в старших классах, но без особого успеха. Я люблю читать художественную литературу.
При поступлении на биологический ф-т МГУ у меня не было больших проблем с математикой, химией и сочинением, но были проблемы с биологией. В биологическом классе учили углубленно, атмосфера в школе была довольно творческая и учиться было интересно, но нас не натаскивали специально на поступление: например, мы изучали не все разделы биологии, которые есть в программе для поступающих (для этого просто не было времени: мы учились в биологическом классе два года). При этом преподаватели школьных спецкурсов объясняли в частных беседах, что на вступительном экзамене надо знать больше, чем дается в школе, но в то же время опасно показывать много дополнительных знаний, потому что если допустишь в них неточность, то можешь провалиться. Как я теперь понимаю, в такой ситуации у нормального неглупого ученика должен быть опытный и требовательный репетитор, который скажет: «Вот этот раздел по такой-то книжке от сих и до сих прочитай и выучи, а вот этот раздел — по такой-то книжке, и если выучишь — все будет в порядке» (многие мои одноклассники занимались с репетиторами и уверенно поступили сразу же после школы). Либо надо быть очень умным учеником, легко читать всё подряд и знать все разделы биологии до какой угодно глубины (такие люди среди моих одноклассников тоже были, но все же это — не самый типичный случай). Я ко второй категории не отношусь, а к подготовке отнеслась довольно легкомысленно, с репетитором не занималась; но самостоятельно мне, конечно, было трудно сориентироваться, что и в каком объеме необходимо учить. Тем более что я вообще не любила зубрить все подробности подряд — что было интересно и запоминалось само, то и знала. Таким вот образом я поступала на биофак три раза, причем в третий раз мне просто повезло: удалось путем апелляции повысить оценку по биологии с «тройки» на «четверку». Очень показательная была ситуация: на вопрос по зоологии позвоночных (один из четырех в письменной вступительной работе) я отвечала примерно по школьному учебнику, а проверявшая преподавательница (как она мне сама сказала на разборе) мою работу смотрела самую первую из стопки; и ей показалось, что написано мало, хотя и без ошибок, — она поставила низкую оценку. Потом в этой стопке у нее были работы, в которых отвечали сверх учебника, но со многими ошибками, за это она тоже ставила низкие оценки. А когда стала смотреть мою работу на разборе, то увидела, что у меня все-таки не было таких серьезных ляпов, как в некоторых других работах, и тогда она сказала: «Да, тут, пожалуй, можно повысить оценку, подавайте на апелляцию». Ну, о «пятерке» речь не шла, так как было несколько мелких ошибок в ответах на другие вопросы. Отсюда мораль: хотя даже у разгильдяя есть свой шанс (особенно в тепличных условиях, ведь я в своем родном городе поступала, не ехала в чужой), но если жизнь держит за горло и не дает права на ошибки молодости, то готовиться к вступительным экзаменам надо добросовестно и лучше все-таки — с помощью опытного преподавателя. О существовании ВЗМШ я узнала, когда была студенткой 1 курса, от С. М. Глаголева, который сотрудничал с заочной школой и одновременно вел один из спецкурсов в школе ? 520, то есть и меня там учил. Он агитировал всех знакомых студентов становиться проверяющими в заочной школе и в том числе привлек к этому меня. Но тогда я проверяла недолго, так как было очень много другой общественной деятельности, которой хотелось заниматься (не говоря уже об учебе); заочную школу пришлось бросить. Второй раз я занялась работой в ВЗМШ уже после окончания университета, но пришлось прерваться, чтобы написать диссертацию. В третий раз я взялась за преподавание в ВЗМШ после защиты диссертации, примерно в 2002 г. Думаю, что на вопрос, нравится ли мне эта работа, можно уже не отвечать. Ученикам хотелось бы пожелать следующее: прежде всего побыстрее учиться самостоятельно и критически думать и самостоятельно выражать свои мысли связно как в письменной форме, так и в устной. При проверке присланных работ заметно, что многих из них не научили в общеобразовательной школе ни тому, ни другому, а такие навыки очень полезны в жизни (надеюсь, никто не будет оспаривать). Так что искренне им желаю научиться этому и активно применять (не только при изучении биологии).
